Материалы прессы

Новости
Из первых рук
СОВЕТ при Президенте РФ
Материалы прессы
Газеты и журналы
Журнал FORBES
Журнал Домашний Очаг
Интернет-издания
Информационные агентства
Пресс-конференции
Радио
Телевидение
Я - Хакамада
МАСТЕР-КЛАССЫ
КНИГИ
КИНО
КОЛЛЕКЦИЯ ХАКАМА
История общественной деятельности
История политической деятельности
« март, 2017 »
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    
Наша кнопка

Интервью белорусским СМИ

1. Ирина Муцуовна, вы на протяжении последних лет являетесь одним из ведущих политиков России. Вы хорошо знаете настроения российских элит и людей. Насколько хорошо знают политики и люди в России реальную ситуацию в Беларуси? Многие эксперты, как в Беларуси, так и в России считают, что Беларусь не входит в первую десятку российских приоритетов внешней политики? Каково ваше мнение по этому поводу?

Общее представление о ситуации в Беларуси среди российских политиков и у простых россиян достаточно адекватное: все понимают, что в стране достаточно жесткий авторитарный режим, не проводятся рыночные преобразования, есть нарушения в ходе различных выборов, преследуется свободная пресса и т.д. При этом, Лукашенко многое «сходит (вернее сходило) с рук» в связи с союзническими отношениями. Детали, конечно же известны немногим, однако обычный российский гражданин знает о ситуации в Беларуси не меньше, а может быть и больше, чем о ситуации в любой из областей России. Я бы не стала акцентировать внимание по поводу первых десяток, двадцаток и т.п. Внешняя политика не игра в теннис. Заинтересованность России в Беларуси не сиюминутная мода: это и вопросы военно-стратегической стабильности, российский транзит на запад, между нашими странами наблюдается стабильно высокая интенсивность потоков капитала, услуг, перемещения людей; даже не дискутируется близость культурной, информационной, образовательной среды. Вместе с тем, нежелание нынешнего белорусского руководства вести адекватную экономическую политику, ведет к тому, что Россия по многим вопросам международного экономического сотрудничества начинает «обходить» Беларусь стороной. Не потому, что Россия не хочет договариваться, она просто не может терять время, поэтому ведет дела с теми, кто к этому готов и там, где для этого есть условия. Если такие условия возникнут в Беларуси, Россию долго ждать не придется.

2. Владимир Путин озвучил три сценария развития отношений с Беларусью. Многие в нашей стране оценили «мух» как Беларусь, а «котлеты» – как Россию. Российские же эксперты считают, что «мухи» - это политика, а «котлеты» - это экономика. Каков ваш взгляд, как одного из лидеров Государственной Думы и партии СПС на этом гастрономический вопрос?

Оценка метафоры в Беларуси не верна в принципе, здесь даже комментарии не нужны. Однако и второе сравнение, как мне кажется, не совсем верно. «Котлеты» - это культурная и историческая общность наших народов, а «мухи» - текущая политическая спекуляция. Экономическая интеграция невозможна без институциональной и правовой совместимости России и Беларуси. И очевидно, что соответствующие изменения в вашей стране неминуемо приведут к серьезным политическим переменам. И не нужно ссылаться на пресловутый опыт Пиночета. Его экономические успехи могли быть только в ситуации биполярного мира, когда две сверхдержавы боролись друг с другом по всему миру и многие диктаторы третьего мира пользовались этим «соревнованием». Это время ушло, кстати сказать, ушло вместе с Пиночетом.

3. Говорят, что Россия, безусловно, вырвалась вперед в экономических реформах. Что Беларусь может копировать из российского опыта? Монетарную политику, бюджетно-налоговую, а может административную среду для развития малого бизнеса?

В тех экономических преобразованиях, которые проводит Россия с 2000 года, нет ничего уникального, просто делается то, что нужно делать для функционирования нормальной экономической системы. Здесь Беларусь способна сама до всего «додуматься». Гораздо важнее, чтобы ваша страна не заимствовала негативный опыт экономических преобразований, которые происходили в России до 2000 года. Нужно, по возможности, обойтись «меньшей кровью» при осуществлении приватизации, а также при проведении структурных преобразований в экономике. И конечно развитию малого и среднего бизнеса нужно уделить особое внимание, особенно в Беларуси, не обладающей собственной палочкой-выручалочкой в виде запасов нефти и газа.

4. Вы на протяжении ряда лет активно защищаете малый бизнес, частную собственность, как важнейший институт рыночной экономики России. При этом и по индексу экономической свободы (131 место из 158 стран), и по индексу коррупции, и по издержкам выполнения обязательств перед государством Россия по-прежнему не блещет. Чем вы можете это объяснить, неправильным курсом реформ, саботажем региональной и местной бюрократии, плохими законами или жадными бизнесменами?

Я бы не стала особо доверять всевозможным индексам (кроме индекса Доу Джонса).Во всех этих рейтингах очень много от экономического PR-манипулирования, в том числе и для дискредитации России, в чем многие на Западе заинтересованы. Хотя даже здесь Россия добивается успехов: наконец-то Россию исключили из «черного списка» стран, не борющихся с отмыванием денег. Однако проблемы, конечно же, есть и немалые. Причин множество: и законы не самые лучшие (хотя гораздо лучше, чем в концеXX-го века), и культура бизнеса оставляет желать лучшего и т.д. Но самое большое препятствие, на мой взгляд, это российская бюрократия (как центральная, так и региональная). Она неповоротлива, безнадежно посредственна, но при этом очень жадная до власти и всего что с этой властью связано… Как бы не была наша бюрократия глупа, одно она понимает прекрасно: реальные успехи экономических реформ будут означать ее смерть (в современной экономической системе такая бюрократия просто не нужна, ее никто не будет содержать). Поэтому российское чиновничество (особенно среднее звено и ниже) сделает все, чтобы спустить экономические преобразования на тормозах. Для противодействия этому чиновничьему саботажу необходима ясная воля политического руководства страны с одной стороны и активная работа бизнеса и общественных структур – с другой. Союз правых сил пытается вести такую работу, но это очень тяжело.

5. Каково ваше видение дальнейшего развития отношений между Беларусью и Россией? Что такое, на ваш взгляд, интеграция по модели Европейского Союза?

СПС неоднократно заявлял, что является сторонником интеграции с Беларусью по модели Евросоюза. В данной модели создание общих органов политического руководства – самое простое дело. Подобие Европарламента, созданного на основании квотированного представительства различных стран, выстроить не сложно. Гораздо сложнее выработать общие политические, экономические и институциональные критерии союза. И самое сложное – добиться соответствия этим критериям со стороны стран, образующих союз. Т.е. модель Евросоюза означает: сначала создание совместимой политической, экономической и институциональной системы, и только потом реальное объединение. Долгое время Россия и Беларусь пытались двигаться наоборот: сначала провозглашалось чуть ли не создание единого государства, а потом начинали думать, есть ли для этого единства реальные основания. Сейчас Путин пытается поставить ситуацию с головы на ноги, и СПС его в этом поддерживает.

6. На ваш взгляд, интересует ли Запад, страны ЕС в частности, и США развитие ситуации в России и в Беларуси? Готов ли Евросоюз к тому, что Россия потенциально может захотеть вести переговоры о членстве в этой структуре?

Ну, Соединенные Штаты, как единственную сверхдержаву, интересует весь мир и отношения России с Беларусью в том числе. Хотя здесь Америка дала России своеобразный карт-бланш и не вмешивается в ситуацию так активно, как это имеет место в отношениях с Украиной. В последней создается довольно опасная ситуация, когда Россия поддерживает Кучму, а США – Ющенко. Ситуация неприятна как для Украины (давление извне для нее сейчас крайне нежелательно), так и для России, которой нужны хорошие отношения как с США, так и с Украиной. Евросоюз, похоже, слишком занят процессом расширения и введения единой валюты, поэтому сосредоточился прежде всего на себе и на вопросах, связанных с расширением (Калининград например) и евро. Что касается того, готов ли Евросоюз к тому, что Россия попросится в ЕС, то ответ очень прост: Евросоюз готов, но ответ на возможную просьбу будет отрицательным. Россия об этом знает, поэтому и не просится, хотя в качестве отдаленной цели вхождение в ЕС не отрицается политической элитой страны. Однако нужно быть реалистами: даже если Россия осуществит необходимые преобразования, она слишком большая, чтобы стать членом ЕС. Однако тесная экономическая интеграция и союзнические политические отношения являются вполне достижимыми (и желанными) целями как для руководства Евросоюза, так и для руководства России.

7. Каковы, на ваш взгляд, основные угрозы для российской экономики в ближайшие 2 – 3 года? Обратимы ли рыночные реформы в России и при каких условиях?

Скорее всего, рыночные реформы в России уже необратимы. Во всяком случае, двигаться вспять уже гораздо труднее, чем двигаться вперед. Однако проблема в том, что российской бюрократии, особенно ее среднему звену, легче всего вообще никуда не двигаться. И это напрямую связано с угрозами, грозящими российской экономике. Многие говорят, что главная угроза для российской экономики – падение цен на нефть. Цена ниже, чем 15 долларов за баррель будет опасна для российского бюджета. При этом для подъема американской экономики необходима цена 10-12 долларов за баррель. В любом случае цены на нефть будут падать, и не важно будет проведена военная операция в Ираке или нет. В снижении нефтяных цен заинтересованы США и ЕС, значит цены упадут, чудес не бывает, особенно в мировой экономике. Однако я выскажу крамольную, на первый взгляд, мысль, что падение цен на нефть будет благом для России. Я считаю, что главная угроза для нашей экономики – не колебание цен на энергоносители, а отсутствие новой экономики. По оценкам многих экспертов, в современном мире доля природных ресурсов в национальном богатстве развитых стран – только 16%, на материальные активы приходится лишь 20%, вес же человеческих ресурсов в национальном богатстве составляет 60%. В современных компаниях 70-80% всего, что делается людьми, делается при помощи их интеллекта (около 70% стоимости нового автомобиля приходится на его нематериальную часть). Мозг стал основным средством производства. Т.е. российская экономика архаична и бесперспективна в условиях нового глобального мира, в который она просто не вписывается в своем нынешнем виде. Требования глобальной экономики превышают способность современной России взаимодействовать с ней, независимо от того стоит баррель нефти 15 долларов или 30. «Нефтяная игла», на которой сидит Россия, плюс чиновничий саботаж, не дают развиваться новой экономике. Обвал нефтяных цен, конечно же, вызовет экономический шок, но через это испытание в нашей стране может наконец начаться процесс развития «интеллектуального сектора народного хозяйства». Без этого угроза деградации России и ее распад – не фантастическое допущение, а вполне осуществимая реальность.