Материалы прессы

Новости
Из первых рук
Материалы прессы
Газеты и журналы
Журнал FORBES
Журнал Домашний Очаг
Интернет-издания
Информационные агентства
Пресс-конференции
Радио
Телевидение
Я - Хакамада
МАСТЕР-КЛАССЫ
КНИГИ
КИНО
КОЛЛЕКЦИЯ ХАКАМА
История общественной деятельности
История политической деятельности
« июнь, 2017 »
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    
Наша кнопка

«Устрашение собственного народа может кончиться страшным бунтом»

 

0

Обсуждение антикоррупционного митинга 26 марта и массовых задержаний не утихает уже месяц. Накануне еще одной несогласованной акции протеста, которая может пройти в Москве и регионах, ситуацию обсудили члены Совета по правам человека при Президенте и представители ГУ МВД. Особенно ярко выступила Ирина Хакамада. Мы поговорили с ней о происходящем в стране и о том, что Ирина Муцуовна предлагает сделать.

 

— Как вы оцениваете ситуацию с митингами?

— Количество запретов и перемещений (власть предлагает альтернативные площадки для проведения митингов. — «МК») привело к тому, что оппозиция начала работать асимметрично. Под прессингом власти она уже собирает людей на несанкционированные митинги.

Все может быть в этой жизни: могут согласовать митинг, могут не согласовать… Но в любом случае необходимо четко законодательно, в виде указаний для руководства МВД и всех низших звеньев, прописать, какие поступки при несанкционированных митингах подлежат наказанию. Потому что 26 марта было задержано чуть больше 1% всех участников, причем все наши сведения доказывают, что задержания были хаотичными. Иногда — демонстративными: для устрашения выхватывали и задерживали людей из толпы…

Хотим мы этого или не хотим, но нужно прописать на все случаи жизни, какую применять силу к людям на несанкционированных митингах. Нельзя задержать мирных людей — 10 тысяч, 20 тысяч, 50 тысяч человек и так далее. Нужно четко прописать, что административному преследованию подлежат такие-то поступки, уголовному — такие-то, задержание, пусть даже на три часа, происходит при таких-то действиях. И чтобы оппозиция это знала. И если она не хочет, чтобы людей сажали в тюрьму, но при этом выводит их на несанкционированные митинги, — она должна им объяснять правила.

С другой стороны, руководство полиции должно проводить совещания с политическим блоком власти, как они готовятся к охране порядка на несанкционированных митингах. Действия полицейских не должны носить избыточно агрессивный, силовой характер, направленный на устрашение. Потому что количество уже перешло в качество, и людей так уже не запугать. Конечно, нужно изучать, почему люди выходят на митинги, но это уже не вопрос МВД.

По этим правилам должна быть очень подробная инструкция — сверху донизу, включая рядовых полицейских, каждого командира, каждого старшего и так далее. Чтобы все работало как часы.

Мне в ответ говорят: «Нельзя допускать несанкционированные митинги». Меня не интересует, можно или нельзя: 26 марта это произошло. И будет происходить и дальше, потому что столько лет вы давили оппозицию, не давая ей ни пройти в парламент, ни системно работать. И я предсказывала, и все нормальные политологи и политики предсказывали, что пройдет время, вырастет другое поколение, родившееся в свободе, которое будет действовать так, как считает нужным, вне зависимости от того, чего вы хотите.

— Прописать правила, может быть, и можно. Но вот будут ли их исполнять на местах?

— Вчера на заседании замруководителя Главного управления МВД заверил, что исполняется все четко.

— На ваш взгляд, какова вероятность того, что к вам прислушаются?

— Я к этому отношусь очень пессимистично, судя по вчерашней реакции. Люди, которые представляли Общественный совет при МВД, слушали, реагировали и понимали. Остальные же начали спорить, кто плохой, а кто хороший. Это несерьезно. Если работать на устрашение собственного народа, то это кончится страшным бунтом, которого я не хочу.


МК