Материалы прессы

Новости
Из первых рук
Материалы прессы
Газеты и журналы
Журнал FORBES
Журнал Домашний Очаг
Интернет-издания
Информационные агентства
Пресс-конференции
Радио
Телевидение
Я - Хакамада
МАСТЕР-КЛАССЫ
КНИГИ
КИНО
КОЛЛЕКЦИЯ ХАКАМА
История общественной деятельности
История политической деятельности
« июнь, 2017 »
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    
Наша кнопка

Ирина Хакамада в программе "Особое мнение"

О.Пашина― Я приветствую наших слушателей и зрителей. В студии программы «Особое мнение» — общественный деятель Ирина Хакамада. Здравствуйте.

И.Хакамада― Здравствуйте.

О.Пашина― Начнем с громкой отставки. Президент Путин сменил главу своей администрации: вместо Сергея Иванова теперь будет Антон Вайна. Я так понимаю, что из семьи эстонских коммунистических функционеров. Как по-вашему, с чем связана отставка Иванова? Он в чем-то провинился? Путин просто обновляет свое окружение? Какие-то еще версии?

И.Хакамада― Нет. Я думаю, что это просто обновление в связи с тем, что друзья, которые участвовали в становлении власти и в ее развитии, во-первых, становятся небольшой помехой, когда возникают трудные времена. И в том числе и серьезные турбулентности в виде выборов и вызовы внешние. И в этом случае друзья – они тащат прошлый опыт и дружеские отношения. Но у них дружеские отношения сложились не только с Путиным, но еще с огромным количеством других людей.

О.Пашина― Других друзей.

 

И.Хакамада― Других друзей. И все они позванивают, звонят и давят «Ну, ты же там наш» и так далее. Поэтому, конечно, Путин пошел по пути, чтоб команда была помоложе, более технократична. При этом абсолютно профессиональная, не обремененная никакими другими связями, работающая только с ним (он им уже доверяет, потому что новый руководитель молодой, 45 или 44 года).

О.Пашина― 44 года, да.

И.Хакамада― 44 года, но проработал с ним давно, и ходил за ним везде и в правительстве, и в администрации президента. Я не буду обсуждать здоровье Иванова, его возраст, потому что это неприлично, невоспитанно и это не объект анализа. Вот.

Вторая причина, я думаю, она связана с тем, почему так неожиданно и прямо именно сейчас. Я думаю, что… И есть какие-то, знаете, такие сигналы (и мы их замечаем), там, более напряженные отношения из-за Башнефти с Сечиным. Якунин там 2 года назад или год назад…

О.Пашина― Да, было дело.

И.Хакамада― Было дело. Отправлен в отставку за то, что как-то совсем уже нагло зарабатывал деньги.

О.Пашина― Но продолжают дружить, тем не менее. На Валаам ездят вместе, да?

И.Хакамада― Да, да, да. Но так же и с Ивановым останутся друзьями. Получил какую-то должность. И потом неизвестно, что будет. И я не прогнозирую, что обязательно это конец.

Еще, знаете, Путин непредсказуемый, давайте это не анализировать. Но то, что при усложнении экономической обстановки и вот этих посадках, и попытках Путина своими методами привести политическую элиту в некую какую-то более-менее приличную норму поведения, в том числе и с точки зрения потребления и зарабатывания денег, они могут вызывать опасения, что вокруг него слишком много людей, обремененных всякими связями.

О.Пашина― То есть нужны молодые, активные и послушные.

И.Хакамада― Молодые, послушные, очень дисциплинированные. Он не просто сын каких-то там функционеров…

О.Пашина― Крупных, так скажем, да.

И.Хакамада― Нет, ну, дипломат. Да? В том числе отец, работающий в Японии. Сам он закончил МГИМО, то есть у него дипломатическая выучка. При этом…

О.Пашина― Субординацию будет соблюдать.

И.Хакамада― Не просто соблюдать. Потому что люди, которые работали в посольствах (а сын работал в посольстве), они обладают почти военной дисциплиной. Но зато вырос при Путине, поэтому другого не знает и будет выполнять всё четко, и видно, проявил себя на этой позиции.

О.Пашина― Но вы сказали, что друзья перед выборами не друзья.

И.Хакамада― Нет, я имею в виду, старые друзья, которые обросли огромным количеством лоббистских групп и связей, в трудные времена теряют актуальность.

О.Пашина― В связи с этим вопрос: а не рациональнее, как пишет наш слушатель, было бы отправить перед выборами правительство и Медведева в отставку, который в последнее время вызывает, в общем-то, негатив в обществе, сотни тысяч подписей за отставку на сайте change.org. Вот так отправить его, сказать людям «Вот, вы хотели, чтобы он ушел? Пожалуйста». Или нет? Это не рационально?

И.Хакамада― Ну, мы не будем говорить, что у нас власть делает рационально. Смотря, с какой точки зрения. С точки зрения слушателей это рационально, а с точки зрения Путина это не рационально. Мы сейчас обсуждаем его действия, а не чего нам хочется.

О.Пашина― То есть, скорее всего, отставки Медведева ждать не придется, несмотря на то, что в обществе такой запрос есть? И перед выборами им не бросят эту кость?

И.Хакамада― Про всех есть запрос. Какие только кости где ни бросали, понимаете? И не та ситуация с «Единой Россией», чтобы такими костями кидаться.

О.Пашина― А почему в последнее время премьер-министр стал выступать с такими заявлениями, я не знаю, прямодушными, правдивыми?

И.Хакамада― Ну, какие правдивые? Ну, какие правдивые?

О.Пашина― Как бы вы их назвали?

И.Хакамада― Ну, просто они такие, искренние, но не политического деятеля, который отвечает за каждое публичное слово. До этого как-то сдерживался, а тут, видно, настолько сложная ситуация, он так устал от бесконечных претензий к правительству, что, вот, пытался так вот, по-честному типа «Ну, вы там держитесь. Денег нет».

О.Пашина― Устал просто, да.

И.Хакамада― Да. Ну, нельзя так отвечать – это понятно.

И.Хакамада: Путин пока не собирается начинать никакие войны, но он усиливает границы Крыма

О.Пашина― А ему как-то объяснят? Или почему до сих пор не объяснили?

И.Хакамада― Этого я не знаю, и я не специалист, кому кто там чего объясняет.

О.Пашина― Потому что сегодня опять премьер-министр Медведев выступил с честным заявлением. Он сказал, что возможен разрыв дипотношений с Украиной (это вот на фоне этой истории с диверсантами). Если президент сочтет нужным, да, разорвем дипотношения. Как вы думаете, насколько это вероятно?

И.Хакамада― Ну, то, что он сказал, не имеет никакого значения.

О.Пашина― Абсолютно.

И.Хакамада― Он просто дует, как бы, впереди Путина, это его функция. А самое главное, что будет делать Путин. Путин пока, по-моему, не собирается начинать никакие войны и ничего резкого, но он усиливает границы и безопасность самого Крыма. Вот и всё. Точно так же, как усиливает их Украина.

Поэтому конфликт тяжелейший. Он начался не сегодня и не вчера, а еще неделю назад – это все знают и все источники об этом показывают. Кто там замешан, я не верю ни одной стороне. Я не считаю, что Порошенко всё это затеял и направил туда свое военное ведомство.

О.Пашина― Но на первый взгляд ни Москве, ни Киеву это совершенно не нужно.

И.Хакамада― Это не выгодно. А я не верю, что Порошенко… Во-первых, он бизнесмен. Во-вторых, он президент, отвечающий за всю Украину в целом. Поэтому он никогда в жизни на это не пойдет, ему это просто не выгодно.

Но он не контролирует власть в Украине, как в Украине уже традиционно ее не контролировал ни один президент. Поэтому могут быть разные группы, и они могут устроить всё, что угодно, любую заваруху, соединившись с радикалами (а они очень там сильны), и с радикалами, которые вооружены и так далее. Или не соединившись, а просто это игра радикалов, которые специально там подставили, соответственно, саму власть, потому что им выгодно раскручивать конфликт: пусть будет хоть война, хоть гори всё огнем, вот, они – фанаты.

Путину такой конфликт вплоть до вооруженного противостояния Украины, ну, не нужен, потому что, ну, нельзя же и в Сирии заниматься всем на свете, и еще с Украиной (уже давно силы все иссякли), и решать экономический кризис. Поэтому когда Украина говорит, что это провокация Путина и они это всё специально устроили, это бред пропагандистский. Поэтому убрали эту информационную шелуху, перестали это слушать и в этом плане нужно понимать ситуацию в целом.

Отношения с Америкой ухудшаются – это заметно. Поэтому там одно заявление за другим: то мы хакеров туда направляем, то мы взрываем…

О.Пашина― Да, там тоже напряженная ситуация.

И.Хакамада― Там везде всё напряженная ситуация. Они произносят «Давайте не эскалировать конфликт» и тут же делают какие-то очень радикальные заявления.

О.Пашина― Мы продолжим об этом после небольшого перерыва.

РЕКЛАМА

О.Пашина― Мы продолжаем о ситуации на Украине (мы начали об этом). В последнее время, когда обсуждался украинский кризис, многие эксперты говорили, что стороны не знают, как закончить, сейчас всё это будет вялотекущая история, всё это будет продолжаться долго, но вяло, и все будут ждать, чем дело кончится. Ну, сейчас, получается, какой-то назревает новый кризис.

И.Хакамада― Да. Идет эскалация. То есть…

О.Пашина― И в которой не заинтересованы ни та, ни другая сторона.

И.Хакамада― То есть, есть заинтересованные лица и с той, и с другой стороны, чтобы раскрутить конфликт по-новой.

О.Пашина― А кто эти заинтересованные лица?

И.Хакамада: Отношения с Америкой ухудшаются – это заметно. Поэтому там одно заявление за другим

И.Хакамада― Радикалы и с той, и с другой стороны. Это могут быть как руководство ДНР и ЛНР, часть прямо радикально настроенных. Недаром они когда реагируют, они такие слова говорят, что там вешать будем и так далее. И точно так же жесткие националисты-радикалы с украинской стороны. И пока видно, никто с ними совладеть не может, Украина со своими, а мы косвенно, потому что мы их породили, но они не наши. Поэтому это сложная ситуация усугубленная: когда всё чуть-чуть утихает, тут же начинается проблема Крыма.

О.Пашина― Почему президент Путин, если он не заинтересован в эскалации этого конфликта, отказывается от переговоров в нормандском формате, как-то начинает реагировать достаточно жестко?

И.Хакамада― Во-первых, он еще не отказался, он просто жестко среагировал. Просто вы видите, он на Эрдогана среагировал еще более жестко, когда был убит наш летчик, да? Здесь убито два наших военнослужащих, поэтому… Он – военный человек, у него прямо реакция…

О.Пашина― Это первая реакция?

И.Хакамада― Это первая реакция. Что будет потом, еще неизвестно. Во-вторых, что значит «Нормандские соглашения»? Можно не отказываться, но видите: 2-3 года и всё одно и то же.

Знаете, я даже в этом плане… мне как-то интересна позиция Савченко, которая говорит о том, что Украине нужно в конец разобраться со своей Конституцией и, все-таки, дать какую-то там автономию, какую-то субъектность этим республикам. Наконец, нужно способствовать тому, чтобы всех на всех обменяли, и так далее.

О.Пашина― Но не нравятся ее идеи на Украине, ее уже называют там троянским конем, засланцем Путина.

И.Хакамада― Правильно! И тут же ее начинают поливать, понимаете? Но это означает что? Что играем свой-чужой. То есть никому не нужен мир, что ли?

О.Пашина― Ну, получается, что так.

И.Хакамада― Ну, когда он никому не нужен, его не будет.

О.Пашина― Как, по-вашему, дальше будет развиваться ситуация? Будет ли хуже сейчас между Москвой и Киевом? Ну, понятно, что после истории с диверсантами чуть ли не об ударе по Украине заговорили. Понятно, что его не будет. Дальше что будет?

И.Хакамада― Да не будет его. Ну, во всяком случае, лучше точно не будет. Что будет, я не знаю.

О.Пашина― С Эрдоганом помирились, в конце концов?

И.Хакамада― Ну, это сколько прошло времени.

О.Пашина― Не так много. Несколько месяцев.

И.Хакамада― И там переворот был.

О.Пашина― И там переворот. И он доказал, что с ним можно иметь дело после того, как обещал вернуть смертную казнь, всех там арестовал, да?

И.Хакамада― Да. Поэтому ничего тоже хорошего, но, с другой стороны, помирились, нам экономически выгодно. То есть Путин сказал «Отделяем экономику от политики». Да? Вот, еще бы с Украиной и Украине с Россией отделить экономику от политики. Не хотите отдавать Крым – давайте как-нибудь… Понимаете, что его не вернуть войной, давайте компенсируемся как-то, договоримся о компенсации и, наконец, расслабимся и начнем заниматься своими проблемами.

Россия то же самое: одни патриотические какие-то крики со стороны большинства, но никто не думает о том, сколько мы за эту раскачку платим. Поэтому нормальная компенсация…

О.Пашина― Компенсация за Крым – вообще это интересная идея. Как, по-вашему, она должна выглядеть?

И.Хакамада― Ну как? Долгов на 3 миллиарда.

О.Пашина― Ага.

И.Хакамада: Пропаганда – главное оружие покорения людей, особенно если они не развиты, если они выживают

И.Хакамада― Хотя бы раз их списать. А потом еще какие-то проекты затеять. И отделить экономику от политики. И с той, и с другой стороны тогда и нормандские отношения тоже отделить. Да? Вот, экономику от политики: пусть экономика идет (НЕРАЗБОРЧИВО), а мы здесь чисто политически. Вот, что нам нужно реально сделать? И, наконец, захотеть мира. За-хо-теть.

О.Пашина― Хорошо. Продолжая экономическую тему, достаточно жестко наш МИД отреагировал на заявления Верховной Рады Украины, которая сказала «Визовый режим с Россией нужно вводить после всех этих дел». У нас…

И.Хакамада― Он ударит по украинцам прежде всего.

О.Пашина― Которые работают здесь.

И.Хакамада― Которые работают здесь в огромных количествах, которые до сих пор переходят границу всякими путями, и в Крыму тоже пытаются работать, заработать и так далее. У них очень тяжелая ситуация. И у нас тоже тяжелая, поэтому здесь мы братья по несчастью.

О.Пашина― Спрашивает Виталий: «Когда же кризис почувствует большинство в России? Или оно его уже чувствует?»

И.Хакамада― Они давно уже чувствуют, причем путинское большинство чувствует (поверьте мне — я мотаюсь по регионам) еще круче, чем вы. Просто психология другая. На «Эхо Москвы» нам пишут представители среднего класса, то есть люди, которые более или менее самодостаточны, да? И они думают о том, чтобы какое-то качество жизни минимальное даже в кризисе у них присутствовало. А там привыкли выживать. Понимаете? Выживать и верить в сильную руку. Плюс они смотрят с утра до вечера федеральные каналы. Понятно, что они зазомбированы. Поэтому выживают, просто выживают.

О.Пашина― То есть они снижают свой уровень потребления?

И.Хакамада― Они снижают уровень потребления, и это заметно. Потребительский спрос и платежеспособный спрос упал. Падает по всей стране. Причем, падает на всё, вплоть даже на то, на что раньше не падал.

О.Пашина― Это, например, что?

И.Хакамада― Ну, это, например, недвижимость, даже если она очень необходима. Рента недвижимости. Берут в ренту – она тоже упала. Упала на тряпки. Да? То есть люди уходят более-менее чуть выше средний уровень цен из регионов просто закрылись, потому что никто ничего не берет. Но даже в дешевых брендах, поверьте мне, даже в Москве. Я специально захожу, вот, посмотреть. Вот, всё стоит недорого типа «заровских» цен. Один человек. Никто ничего не берет типа «Это мы переживем».

Стали впервые в жизни экономить на продуктах. Русский человек – хлебосольный, он любит и угостить, и поесть, и даже жить не на что, а уж поем я в удовольствие. Стали экономить, прямо конкретно считать каждую копейку. И я себя даже ловлю на том, что, придя там в супермаркет, тот же Перекресток, я чего-то упорно ищу: вот, мне чтоб качество было неплохое и ни в коем случае не импортное. Даже огурцы, даже это… Где там новиковские огурцы? И даже когда на рынок пришла, я говорю: «Нет, ребята, дайте мне кубанские помидоры», потому что они в 2 раза дешевле, чем всё это иностранное, что привозят на основную часть рынка.

О.Пашина― И тем не менее, какого-то недовольства текущей политикой ситуация не вызывает, хотя потребление снижается. Тут тоже разделена экономика и политика в головах?

И.Хакамада― Конечно. Луч… Ну, это Оруэлл, да? Ну, мы-то продвинутые, да? Всё. И возьмите вообще все диктаторские режимы: пропаганда – главное оружие покорения людей, особенно если они не развиты, если они выживают. Значит, знаете, они у вас там Талеба с Толстым на ночь не читают.

О.Пашина― Таня спрашивает: «А какое еще государство можно построить у нас, чтобы оно продержалось и не один день?» Имея в виду, что только так и можем жить.

И.Хакамада― Нет, мы так долго не проживем.

О.Пашина― Не протянем?

И.Хакамада― Нет, не протянем. Но даже Нестеренко… А я ее знаю еще с парламента, она очень честная женщина и профессионал высочайшего уровня. Она – первый зам министра финансов, тогда она возглавляла, уйдя из парламента, Казначейство. Она же сказала: «Если так будет всё продолжаться, Резервный фонд закончится даже не в 2017-м году, а к концу 2016-го».

О.Пашина― Ну, не так долго ждать. Посмотрим.

И.Хакамада: Я сказала, закон Ирины Яровой в том виде, как он написан, это означает убиение экономики в России

И.Хакамада― Нет. Ну, знаете, мне как-то хочется продвинуть. Поэтому я решила попробовать помочь Партии Роста, потому что она двигает только эту тему. У нее, как бы, это – приоритет. Всё остальное взяли на себя и ПАРНАС, и «Яблоко», и на здоровье. А мы – да, мы тоже за это, но мы прямо бьем только в эту точку, чтобы проголосовали те, которые на выборы не ходят.

О.Пашина― Мы про это поговорим после небольшого перерыва. Александр из Смоленской области пишет нам: «Я сам из провинции, я здесь один либерал. А больше и нет никого».

И.Хакамада― Правильно.

О.Пашина― Я напомню, что в нашей студии Ирина Хакамада. Не уходите далеко – мы вернемся.

НОВОСТИ

О.Пашина― Мы продолжаем программу «Особое мнение», общественный деятель Ирина Хакамада в нашей студии. Про выборы мы начали говорить. Очень много вопросов, но всех их, в общем-то, можно сформулировать так: «Что произошло? Почему вы решили вернуться в политику, даже участвовать в выборах? У вас появилась надежда?» Надежда на что? Вы считаете, что выборы будут другими?

И.Хакамада― Я дошла до отчаяния, потому что я зарабатываю деньги сама, и я поняла, что если экономическая модель управления будет такой и опираться только на крупняк и госкорпорации, и связанный с собственностью политический класс, то мне что надо, из страны бежать? А я не хочу. У меня, во-первых, не тот возраст, во-вторых, я здесь успешная, у меня здесь все дети, у меня никто там нигде за границами не живет, никакой недвижимости там нет. Поэтому почему я должна?

И тут возник какой-то шанс и возник Титов с Партией Роста, и я поняла, что это тот ресурс, который уже работал. Он двигал эту экономическую альтернативную программу. Она не может быть перфектной! Но она хотя бы альтернативная. Значит, и идет столкновение, например там, и с Кудриным, и с правительством, и тогда есть какой-то спор, из него вырастет хоть какая-то истина. А потом Титов – уполномоченный по правам бизнеса, ему приходится каждый день с этими проверками разбираться, с тюрьмами, с посадкой. Потому что пока есть вот эта вот статья о мошенничестве, такая широкая (пусть даже и для бизнеса отдельная, но точно такая же), и как ее исполнять, у нас вообще скоро предприниматели исчезнут из страны. Законы Яровой – у нас скоро все исчезнут из страны. Поэтому когда я всё это увидела, у меня вот так вот, я дошла до ручки и в этот момент меня начал уговаривать Титов, ну, где-то месяца 4-5 назад, там, полгода. И я чего-то тянула: не хочу, потому что я это уже не хочу вот это вот бесконечное агрессии, поливы, этих троллей, вот этой кутерьмы, траты сил.

И.Хакамада: У нас политика победила экономику. Хотя политика – это концентрированное выражение экономики

О.Пашина― Политическая борьба. Как без этого-то?

И.Хакамада― Да. Не хочу, наелась. За 12 лет уже прошла все уровни, вплоть до президентской кампании. Но тут вот из-за этого отчаяния решила попробовать помочь.

О.Пашина― Очень много… Ну, это традиционное и любимое обвинение в ходе предвыборной кампании. Там условно Навальный – проект Кремля, «Яблоко» — проект Кремля. «Уважаемая Ирина, — пишут, — неужели вы не понимаете, что Партия Роста – это проект Кремля?» Это проект Кремля?

И.Хакамада― Если бы это был проект Кремля, то у нас бы вообще никаких проблем не было. Понимаете? А у нас их куча. Во-первых, нету денег. То есть бизнес финансирует региональные кампании и всё. Всё остальное на федеральном уровне финансирует Титов из Абрау-Дюрсо. Ну, какой проект Кремля? Но он даже не Прохоров. Партия похожа на прохоровскую, но не миллиардер с бешеными деньгами. Поэтому… Проект Кремля – вы видите, как они двигаются, да? «Единая Россия» совершенно по-другому. Извините меня, никакой особой благости со стороны кого-либо среди чиновников я не вижу.

О.Пашина― Дмитрий спрашивает (наверное, на этом партийную тему закончим): «Если Партия Роста пройдет в Думу, то для продвижения каких-то законопроектов потребуется вступать в политические союзы с другими силами. С какими партиями вы готовы сотрудничать?»

И.Хакамада― Мы готовы, конечно, сотрудничать с «Яблоком». Я уверена, что если его избиратели прекратят поливать вообще меня и Партию Роста, а поймут разницу… Потому что мы притягиваем тех, кто на выборы не ходит. Это менеджеры и мелкий и средний бизнес – они игнорируют выборы. А если уж пойдут, то за «Единую Россию». Вот, если они это, наконец, поймут и перестанут идти шорами этими фанатичными и поливать друг друга, включая «Новую газет», тогда есть шанс, что пройдут и те, и другие, как СПС и «Яблоко» были. Мы будем в коалицию вступать с ними. А после этого, конечно, с более рыночным крылом, то есть более нормально мыслящим в любой фракции, начиная от ЛДПР, «Справедливой России» и «Единой России», если нужно продвинуть закон. У меня огромный опыт. Мы так и двигали вообще в том числе и плоскую шкалу подоходного налога.

О.Пашина― Кстати есть вопрос о том, как вы оцениваете законодательное творчество Ирины Яровой. Ну, так уже…

И.Хакамада― Я резко отрицательно. Я сказала, закон Ирины Яровой в том виде, как он написан, это означает убиение экономики в России.

О.Пашина― Любопытный вопрос из Краснодарского края по итогам питерского экономического форума: «Смотрю на документы, поступившие в Думу для ратификации, и обнаружил удивительную штуку, что международные соглашения, которые были заключены в даты проведения форума, в основном касаются выдачи лиц, находящихся в розыске, и передаче преступников для отбывания срока на родине. Вы можете научно объяснить эту экономическую тенденцию? – иронизирует наш слушатель. – Что это такое? Причем, до сих пор ни одного экономического соглашения, внесенного на ратификацию со времени форума, я так и не видел».

И.Хакамада― Все, начиная сверху и заканчивая всеми ведущими органами управления, страдают одной проблемой: у нас политика победила экономику. Хотя, считается, что политика – это концентрированное выражение экономики.

Если иметь в виду как средство спасения, да: чем неэффективнее страна, тем больше войн. Потому что как-то нужно отвлечь людей. Но если мы хотим быть конкурентоспособными и общаться наравне в «Двадцатке» и конкурировать с США не только с санкциями-антисанкциями, но и экономически, как это делает Китай, между прочим, имея, кстати, другой политический режим, тогда нужно, наконец, изменить систему управления экономикой, и Греф здесь абсолютно прав. Именно институты управления экономикой. От федерального правительства, Администрации президента, региональных администраций и так далее. То, что происходит, невероятно не эффективно и просто старомодно, архаично, не имеет никакого отношения к сегодняшней повестке дня.

О.Пашина― Наши слушатели не очень понимают, как вообще всё взаимосвязано, пытаются разобраться. Пишут: «Вы постоянно говорите о том, что спасение России в развитии малого и среднего бизнеса. Объясните, пожалуйста, каким образом еще одна парикмахерская или салон СПА, пекарня, магазин, обувная мастерская, ателье мод сделают экономику России мощной и процветающей? Можно ли построить громадные комбинаты, ГЭС, научные центры только за счет средств малого бизнеса?» Объясните, как это работает?

И.Хакамада― Значит, объясняю. Это буфер по созданию рабочих мест. Все ваши ГРЭСы происходят за счет бюджетных денег. Деньги инвестируются, но возвращаются десятилетиями, и сейчас в бюджете денег нет. Крупные предприятия типа АвтоВАЗа увольняют людей до 30-40%. Это моногорода и всем им куда-то надо устраиваться на работу.

Номер три, малые и средние предприятия – это не только ваши парикмахерские. Вы не развиты. Это все, кто создавали Apple, все, кто создавали компьютеры первые, все, кто создавали инновации. Понимаете?

О.Пашина― То есть Apple был создан не в каком-то НИИ громадном, где сидела вот эта команда…

И.Хакамада― Да. Где как у нас Сколково, да? Сидит там громадно народу и, там, другие наши госкорпорации (не буду называть)...

О.Пашина― Да-да-да.

И.Хакамада― Всё и так уже понятно, да?

О.Пашина― Ну, понятно, да.

И.Хакамада― Но эффекта – ноль, а государственных денег уйма. Включите просто элементарный расчет.

О.Пашина― «По данным Высшей Школы Экономики, — пишут вам, — экономика России в первом квартале пробила дно, во втором опустилась ниже дна. По сравнению с докризисными отметками она уже теряет 5,5%. Несмотря на это, высшие чиновники, отдельные отрасли настроены оптимистично. В чем основание?..»

И.Хакамада― Им больше нечего делать. Они должны публично быть настроены оптимистично.

О.Пашина― Ну да. То есть Медведев – он сказал правду «Денег нет», всё, тут же в отставку его захотели.

И.Хакамада― Они борются за свои позиции в бюрократии, а не за ваши интересы.

О.Пашина― А каково ваше мнение о нынешней экономической ситуации? Вот сейчас у нас как?

И.Хакамада― Я сказала. Мы находимся в глубочайшей рецессии. Это не кризис и не подъем, и не дно, и не ниже дна. Никто не знает, где дно.

Это то, что сейчас происходит во всем мире, волна. То есть скорость изменения событий такая высокая, наши институты не успевают на них реагировать.

Чтобы реагировать, нужно быть очень гибкими, очень мобильными, очень не бюрократическими и набитыми профессионалами как исполнителями, так и креативными людьми. Но всё, что я перечислила, вы понимаете: этого в жизни не происходит.

О.Пашина― Спрашивают: «Как по вашему мнению, ПАРНАС – это надолго? Или после выборов разбегутся?» — так пишет наш слушатель.

И.Хакамада― Никуда они не разбегутся. Они такие… Нормальные. Они радикалы.

О.Пашина― Радикалы? Все? Или только кандидат Мальцев? А остальные ничего?

И.Хакамада― Почему?

О.Пашина― Все радикалы?

И.Хакамада― Ну, все. Касьянов, может быть, не такой радикал, но я думаю, ему скоро тоже это всё надоест, да? Все-таки, он – человек другого бекграунда. А все остальные будут продолжать шуметь. Это большое достижение (зарегистрированная партия), ее просто так никто не отдаст.

О.Пашина― Как вы оцениваете такую предвыборную тактику ПАРНАСа? Это такая витрина супермаркета, и каждый может выбирать своего кандидата, за кем ему идти. Хочешь, ты считаешь себя вот таким – вот Зубов тебе. Ты радикал – вот тебе Мальцев. Ты умеренный, там я не знаю – вот Касьянов. Вот она, вот эта витрина. Или должно быть какое-то единообразие, все-таки? Или это правильная тактика?

И.Хакамада― Всё должно быть, как получится. Главное — не мешать процессу. Процесс сам самовосстановится, сам будет регулироваться. И если кто-то будет проигрывать, он будет сам нести за это ответственность и не говорить, что его кто-то зажал.

О.Пашина― Люба спрашивает: «Можете ли вы и думаете ли вы о том, чтобы как-то помочь Никите Белых? И можно ли как-то ему помочь?»

И.Хакамада― Я и так помогла. Я подписала бумагу о том, что беру на себя ответственность за то, чтобы его отпустили под домашний арест и так далее, и тому подобное. В числе остальных людей. Больше я ничего не могу сделать. Мы же не партия власти. Значит, с одной стороны, меня поливают, что мы – партия власти, а, с другой стороны…

О.Пашина― «Почему вы ничего не можете сделать».

И.Хакамада― «Вытащите Белых вообще из тюрьмы». Ну, вот это смешно. Вот, Путину это пишите, а не мне.

О.Пашина― Таня спрашивает: «Какие законы нужно принять или отменить, чтобы помочь бизнесу?»

И.Хакамада― Нужно отменить законы Яровой.

О.Пашина― Так?

И.Хакамада― Нужны трехлетние налоговые каникулы для малого бизнеса до 100 человек. Нужны патенты для самозанятости, бесплатные. Сейчас есть, но он платный и с кучей заморочек. Нужно всё просто и бесплатно. Хочешь этим заниматься – на тебе бумажку и всё, и иди делай. Это может быть любой безработный…

О.Пашина― Заявительный порядок такой: «Я хочу».

И.Хакамада― Да. Самозанятость. Потому что молодые могут себя занять, пенсионеры могут себя занять, просто им нужно объяснить, как это делается, и всё. Среднее поколение… То, что огромное количество безработных, об этом мы молчим, но это и менеджеры, и так далее. Поэтому вот это вот самое главное.

О.Пашина― Отменить пакет Яровой и дать возможность развиваться?

И.Хакамада― Да. И смягчить, конечно, денежное смягчение произвести. Это разные есть финансовые схемы – не обязательно тупое печатание денег. Но при кредитной ставке, какая у нас есть, малый бизнес… Нет, ну, самозанятость без кредитов, а средний и малый бизнес при таком барьере развиваться не могут.

О.Пашина― Это было особое мнение общественного деятеля Ирины Хакамады. Мы прощаемся с вами. Всего вам доброго, до свидания.