Материалы прессы

Новости
Из первых рук
Материалы прессы
Газеты и журналы
Журнал FORBES
Журнал Домашний Очаг
Интернет-издания
Информационные агентства
Пресс-конференции
Радио
Телевидение
Я - Хакамада
МАСТЕР-КЛАССЫ
КНИГИ
КИНО
КОЛЛЕКЦИЯ ХАКАМА
История общественной деятельности
История политической деятельности
« май, 2017 »
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31        
Наша кнопка

«Личное дело» с Ириной Хакамадой: заставить Россию нельзя


Ирина Хакамада, одна из известнейших на постсоветском пространстве оппозиционных политиков России периода 90-х, до мельчайших деталей осведомлена о том, как принимаются решения в Госдуме, каковы отношения между политиками, и о многом другом. Интервью с экспертом по российскому политическому закулисью прозвучало в передаче LTV «Личное дело».

Оппозиция пойдёт во власть плечом к плечу. Или никак

Оппозиционные политические силы в России недавно сообщили о планах идти на следующие выборы единым блоком. По мнению Хакамады, это удачная идея:

«Это самое правильное в нынешней ситуации в России — потому что у нас настолько жесткое законодательство и настолько напуганные люди, что уличная деятельность имеет какой-то предел. По любому поводу оппозиция выходит на улицы. И очевиднее всего это связано с трагическими событиями, например с гибелью Бориса Немцова. 

Не самый хороший повод, чтобы сплотить оппозицию. Мы так от одного трупа к другому будем двигаться. А участие в выборах, в условиях, когда все «пальцы» собраны в один «кулак», показывает волю [оппозиции] к работе в легальном поле».

По мнению эксперта, если какие-то правила [регистрации партий на выборах] откровенно не дадут возможности реально конкурировать за избирателя — вот тогда будет повод выйти на улицы. Пока же она критически относится к «хождению по улицам с утра до вечера» и разговорам, что «всё ужасно» без какого-либо практического результата. Это лишь приводит к тому, что небольшая часть в целом аполитичного российского общества, которая поддерживает оппозицию, оказывается разочарована.

Отсюда принципиальная разница: пока люди «собираются на митинги, а потом разбредаются по своим конторам», это одно, и совсем другое — преодолеть 5-процентный барьер на выборах, поясняет Хакамада. Это вызов их способности сплотиться.

КОНТЕКСТ

«Хакамада еще застала первые годы пребывания Владимира Путина в должности и президента и может судить, как он изменился за это время. Интересно и то, что, хотя Хакамада и оппозиционерка (она сильно критикует и происходящее в Украине, и позицию Путина по многим вопросам), но она старается держаться «золотой середины». Хакамада не критикует безосновательно и громко и идя на поводу у идеологии — нет, она объясняет, почему какие-то вещи не работают, и почему следует действовать иначе. Для Латвии такой взгляд — достаточно большая редкость», — поясняет свой интерес к героине автор интервью Ольга Драгилёва.

«Процесс начался. Но этого мало! Мне уже не нравится тот процесс, который сейчас происходит. Потому что Рыжков туда не вошел, Нечаев создает свой список «Гражданской инициативы», куда входят Гудковы — вот вам уже и начинается кто в лес, кто по дрова. Так что никогда не нужно сваливать на власть, будто она одна во всем виновата. Ребята! Перед большим вызовом нужно уметь быть вместе и убирать свои амбиции и свои практические интересы».

Прогноз Хакамада дает такой: успех возможен, если страна увидит единый список с участием «РПР-Парнас» или «Яблока», в котором были бы Явлинский, Милов, Рыжков, Касьянов, Навальный, Максим Кац и Нечаев. «Я вам даю гарантию: какие бы палки в колеса им ни вставляли, эта партия взяла бы 10%».

На вопрос, что мешает всем вышеперечисленным лицам объединиться, Хакамада сказала: «Это их надо спросить». Она допускает, что сближению оппозиционных политических сил в РФ мешают амбиции партий и противоречия в программах, а также (в этом она выразила уверенность) противодействие Кремля. Кто-то из оппозиционеров негласно заигрывает с властью.

Сразу после гибели Бориса Немцова Ирина Хакамада назвала это убийство показным. Спустя почти три месяца она своего мнения не изменила: «Анну Политковскую убили в подъезде дома, выследили. Бориса Немцова убивают демонстративно на Москворецком мосту, между храмом и Кремлем. Но это не простое убийство, в нем есть политическая подоплека. Преступление показывает противоречия между разными интересами внутри высшей власти. И расследование будет таким же! Там идет перетягивание каната, и эта подковерная борьба начинает в процессе расследования выходить наружу: Следственный комитет требует одного, Кадыров говорит о совсем другом, и какие там еще есть теневые фигуры — неизвестно».

Тёмные воды внутренней российской политики

Разобраться в том, что сейчас происходит в кулуарах власти, в России не способен никто – власть является слишком закрытой, подчеркивает эксперт.

«Именно поэтому я на прямой линии с Путиным задала этот вопрос (о Немцове). Потому что я уверена: вот ему — сколько бы ни говорила обратное оппозиция, — именно ему это преступление было совершенно невыгодно».

По наблюдению Хакамады, с момента своего прихода к власти Путин пережил метаморфозу, такую же серьезную, как в свое время Борис Ельцин. В начале своего президентства Путин был заинтересован в получении независимой информации из первых рук и нуждался в существовании оппозиции. Тогда он, по словам экс-политика, стремился «приблизиться к европейским правилам игры».

«Он был заинтересован в сближении с НАТО. Помню, я делала доклад с намеком на стратегию такого сближения — и это было принято совершенно нормально. А на втором сроке лодка развернулась прямо наоборот», — отмечает она.

«Разворот» стал итогом процессов во внутренней политике. Но, с другой стороны, это была и «недоработка Европейского Сообщества и США», которые не воспользовались этим позитивным настроем, чтобы более тесно интегрировать Россию в систему европейских и демократических ценностей, подчеркивает Хакамада:

«Запад здесь определенно можно упрекнуть в том, что, когда Путин был готов взять курс на сближение с НАТО и на вхождение в НАТО с целью дальнейшей борьбы с международным терроризмом, началась кампания по расширению ПРО».

По ее мнению, трудно было придумать что-то, способное более эффективно педалировать российский «комплекс имперской неполноценности и боязнь внешней угрозы», чем размещение ПРО у границ РФ.

Не менее важным негативным фактором явились попытки Запада влиять на Грузию и Украину  (Балтия тогда уже была «отрезанным ломтем») без учета интересов России, подчеркнула эксперт. Если бы на Западе вовремя поняли, что Россия — влиятельный сосед, и многие вещи стоит решать, пригласив ее за стол переговоров — сегодняшней трагедии на Украине можно было бы избежать, отмечает Хакамада:

«В Европе, которая решила начать Восточное партнерство, объявили (и сочли), что краеугольным камнем является Украина. Почему бы заранее не сесть и не поговорить с Владимиром Путиным, не спросить, какие у него могут иметься возражения в связи с договором о свободной торговле [Украины и ЕС]. И тогда они бы обсуждали экономические вопросы.

Каждый держит карты под столом — и Европа, и Америка, и Россия. Все хороши, никаких чистеньких в этой трагедии нет! Виноваты все стороны, участвующие в конфликте».

Как всем сохранить лицо

Комментируя ситуацию вокруг антироссийских санкций (которые, как надеются на Западе, могут принести два результата — либо власти в России «одумаются» и решат, что продолжать в прежнем духе нельзя, либо народ в России «взбунтуется и свергнет тирана»), Ирина Хакамада заявила:

«Нет. Если санкции преследуют цель убить экономику России — а это возможно, и это связано как раз не с продуктовыми, а с американскими санкциями,  — то в результате здесь действительно может произойти [социальный] взрыв.

Но к власти придут не европейцы, не либералы и не демократы. Придут национал-патриоты. И всем нам мало не покажется. Если санкции преследуют целью наказать Россию за Крым — то Крым, наоборот, консолидирует людей в России. Вот консолидирует, и всё! И ничего с этим не поделаешь. Потому что это была давняя мечта большинства в России.

Мне, например, все равно, чей Крым — я спокойно туда ездила, когда он был украинским. Но для многих людей в России это ностальгия. Волошин, 20-е годы, Серебряный век! Потом Крым послевоенный, и так далее. Почему такая бзик-идея? В Грузии этого тоже не понимают. Меня спрашивали.

Говорю: давайте, господа грузины, представим, что к власти у вас пришел очень авторитарный правитель, который ограничивает ваши права. Но он вернет вам Абхазию, о которой вы с утра до вечера говорите. Прекрасную Абхазию (да вас даже Южная Осетия меньше волнует), с ее морем и Гаграми. Вот у вас есть Батуми — а будут еще и Гагры. Скажите — вы ему простите всё? Только честно! И мне сказали: да... Вот теперь — поняли?»

Санкции консолидируют российское общество. Путин, по словам Хакамады, благодаря им переводит внимание народа с неэффективности собственного правительства — вовне, на борьбу с теми, «кто нас мучает санкциями». Значит ли это, что нет сегодня инструментов, которые способны заставить Россию вывести войска с Украины?

«Есть такие инструменты, только начать надо с отказа от слова «заставить». Россию никогда никто ничего не сможет заставить делать. Страна большая, ресурсов много, традиция авторитарная, ядерного оружия — навалом. Не заставить. Можно — договориться.

Прагматично договориться: Крым остается в России, но Россия каким-то образом платит компенсацию. И вести переговоры европейцам с украинцами на этот счет. Потому что Украине нужны деньги, ей необходимо списание долгов, а Крым [вернуть] им все равно не под силу.

По поводу же ЛНР и ДНР — всем мировым сообществом включая Россию начинать уже эту тему заканчивать. Главное понимать другую сторону. Потому что если нужен мир, всегда можно договориться, поняв другую сторону — Россию, ее интересы... Понять, чего хочет Путин, чего Европа, чего — Украина, а чего — США. Но нужна политическая воля.

Если же эту карту разыгрывать, чтобы изолировать Россию или установить свое политическое влияние в Украине, и сталкивать всех друг с другом (особенно Штатам, они же далеко! а там в Европе пусть они дальше кошмарят друг друга и ослабляют) — тогда да. Тогда этот костер разгорится непонятно во что».   

Проблема не только и не столько в подпитке сепаратистов в Донбассе вооружениями из России через границу, подчеркнула Хакамада:

«Там всего навалом! И у украинской армии, и у сепаратистов, которые отхватывали все эти вооружения у украинской армии. Всё не так просто! Если бы было так просто, что Россия перекрывает кислород, и всё успокаивается — тогда бы давно всё успокоилось.

Потому что Путину не нужен ни этот Донецк, ни ЛНР, ни ДНР. Ему нужно красиво выйти из этой игры, после Крыма. Да, может, там и были идеи «до Киева быстро дойдем» — но они, слава богу, быстро закончились.  

Я об этом предупреждала год назад: Крым взяли без выстрелов, получилось? – дальше надо будет легализовывать, тяжело и трудно. Ну, вляпались — но дальше нельзя двигаться. А сейчас это уже никому не выгодно. Поэтому презумпцию виновности в международных отношениях — надо убирать.

Штаты, кстати, когда хотят, это умеют. И с Ираном, и с Сирией, и с какими только режимами (включая Лукашенко) они не заигрывают, если им это выгодно. Европа делает то же самое, и теперь Лукашенко — любимец Европы, а в свое время он был самым кровавым диктатором на европейском пространстве».

С видеозаписью интервью можно ознакомиться здесь.